Введите Ваш запрос и нажмите Ввод

Режим работы на майских праздниках


В период с 1 по 10 мая Музей «Дом на набережной» закрыт 1, 3, 9, 10 мая.
В остальные дни Музей работает в обычном режиме:
вт, ср, пт 10:00 — 18:30
чт 11:00 — 21:00
сб, вс 11:00 — 18:00

90 лет Александру Мильчакову


16 марта исполнилось 90 лет Александру Мильчакову. Он был первым ребёнком, рождённым в нашем доме, и первым опубликовал Расстрельные списки. Списки публиковала газета «Вечерняя Москва», это были сведения о расстрелянных в годы сталинских репрессий.

Александр Александрович Мильчаков

Ниже ссылка и текст статьи с сайта газеты “Вечерняя Москва”:

Путь к правде. Александр Мильчаков открыл 11 тайных мест захоронений жертв политических репрессий

Мы продолжаем публиковать материалы к грядущему 100-летию «Вечерней Москвы». Но сегодня речь пойдет о другом юбилее, для «Вечерки» тоже важном. 16 марта исполнилось бы 90 лет журналисту Александру Мильчакову. Его не стало в 2004 году, и сегодня его имя, увы, упоминается нечасто. В этом есть чудовищная несправедливость, ведь благодаря его расследованиям, результаты которых публиковались в «Вечерней Москве», стало меньше белых пятен на самых горьких страницах нашей истории.

…Никогда не бывала прежде в знаменитом Доме на набережной, что на улице Серафимовича. За окнами блещет куполами и мерцает звездами Кремль. Если не знать, какие трагедии разворачивались в его стенах, сколько падений и взлетов они видели за свой без малого прожитый век, это просто дом с атмосферным уютом старого жилья.

Саша Мильчаков был первым ребенком, родившимся в этом доме в 1931 году. Он прожил тут большую часть жизни и отсюда ушел в последний путь почти семнадцать лет назад. Дома, где меня встречают его вдова Нина Денисовна Зверева и дочка Наталья, уютно и, ожидаемо, много книг. И фотографий на стенах… Вот и Александр Мильчаков — смотрит на нас, сжимая трубку телефона, со снимка за стеклом.

Альбом с фотографиями в руках Нины Денисовны — что лента времени. Вот, на фото рядом с Буденным, ее свекор — Сашин папа, Александр Иванович Мильчаков. А в шкафу — чуть пожелтевший архив Александра Мильчакова-младшего, Саши. Книги, изданные в других странах, повести, не нашедшие издателя, документы… К бумагам мужа Нина Денисовна с трудом смогла прикоснуться лишь спустя год после его смерти. Это не просто бумаги, а овеществленное напоминание о том, как много может сделать за жизнь человек.

Нина Денисовна и не скрывает огорчения оттого, что имя Александра Мильчакова ныне многими забыто. Но чтобы объяснить, а кому-то напомнить о том, почему память об этом человеке так значима в первую очередь для Москвы, сделаем небольшое отступление.

Не признавший вины

Имя Сашиного отца, Александра Ивановича Мильчакова, генерального секретаря ЦК ВЛКСМ в 1928–1929 годах, а затем руководителя золотодобывающей промышленности СССР, когда-то было на слуху. Его биография — энциклопедия и путеводитель по советской жизни: вышел из семьи железнодорожника, был одним из организаторов первых комсомольских ячеек в Перми, создавал комсомольские организации в Сибири, на Урале, в Закавказье и на Украине, боролся с бандами налетчиков, с катастрофической разрухой и голодом, был авторитетным молодежным лидером и патологически честным партийцем. По предложению Серго Орджоникидзе, отработав в иркутском «Востокзолоте», построил и возглавил в 1933 году комбинат в Балее, где наладил работу по добыче золота на новом месторождении, добившись невероятных успехов. Чистым чиновником-формалистом, даже заняв высокую должность, Мильчаков так и не стал, высокими связями не кичился. А они и правда были высоки: встречался еще с Лениным, с вниманием относился к его «Завещанию» с предупреждением об опасности возвеличивания Сталина. А сам «вождь народов» на даче приглашал «Мильчака» с женой Марусей на прогулки. Богатств ответственный за золото страны Мильчаков не нажил. Из его «Исповеди большевика» следует, что верил он свято не столько во всесилие партии, сколько в разум, выше всего ценил справедливость, о недочетах говорил открыто, а склонность вождя к ужесточению режима считал опасной, не принимая репрессии, несмотря на верность партии.

В конце 1938 года молох репрессий зацепил и Мильчакова. Тучи начали сгущаться загодя: со своей принципиальностью и «ленинщиной» не вписывался Александр Иванович в современные реалии. «Взяли» его в день рождения Сталина. Ордер на арест подписали Вышинский и Берия, санкцию на задержание выдал Лазарь Каганович, нарком тяжелой промышленности и секретарь ЦК, болезненно реагировавший на успехи Мильчакова. Итог: 15 лет заключения плюс пятилетнее поражение в правах, этапом — в Норильский заполярный лагерь. 5 ноября 1939 года двадцать человек, включая Мильчакова, перевели оттуда в «Коларгон» — штрафной лагерный пункт, где узники две недели ждали расстрела — «шлепки».

Спас их начальник строительства Норильлага Авраамий Завенягин, легендарная и ныне тоже позабытая личность, не одну сотню заключенных уберегший от смерти. Семью же Мильчакова после конфискации имущества (немного пришлось забирать, в Доме на набережной мебель была казенная) переселили в комнату в коммуналке, где рядом ютились такие же осколки семей репрессированных.

Люди исчезали, исчезали, исчезали… Пришли и за Марусей, Марией Ильиничной, женой Мильчакова. Спасло чудо: ордер на арест Мильчаковой подписал Вышинский, после чего отбыл в командировку. А Мария Ильинична носила фамилию первого мужа — Лившиц. Нестыковка! Так и отпустили ее в итоге. Но арест подорвал ее и без того слабое здоровье, и Маруся год провела в туберкулезной больнице, оставив Сашу и его сестру Галю няне Ксенечке.

Саше было семь, когда отца арестовали. Мария Ильинична убеждала детей в невиновности отца, и факта его ареста они не скрывали. Ни пионерами, ни комсомольцами не были! А в 17 лет в сознании Саши произошел переворот.

— Свекровь говорила, что он был солнечным, улыбчивым ребенком. Но в 1948 году Александра Ивановича привезли из ГУЛАГа в Москву, и Саша впервые за десять лет увидел его — в комнате свиданий с заключенными, — рассказывает Нина Денисовна. — В его памяти отец был веселым, шутящим, а тут он увидел его наголо остриженным, с провалившимися щеками. Любовь к отцу и дикое сострадание к нему обернулись острой ненавистью к тем, по чьей воле он оказался за решеткой. Саша вышел с этого свидания другим — из радостного подростка он вмиг превратился в несгибаемого человека, ненавидящего террор и диктатуру.

Все правда: на детских фото Саша — красавец с улыбкой кинозвезды. Позже — другие глаза, тени под ними. Нелегок оказался его путь…

В Москву Мильчакова вернули из ГУЛАГа не просто так: добыча золота в стране упала, а оно было нужно возрождавшейся после войны экономике. Вот и вспомнили «Мильчака». Шанс выйти до окончания срока у него явно был, но во время беседы с представителями госбезопасности упрямец повел себя «неправильно»: не только продолжал отрицать вину, так еще и заявил, что в лагерях полно честных коммунистов, осужденных по ошибке, а то и оговору.

«Ты так ничего и не понял!» — услышал он в ответ, и был… возвращен в Магадан, в еще более тяжелые условия.

Переворот

Да, встреча с отцом Сашу Мильчакова «перековала». Он все помнил — исчезновения людей, страх перед ночным шелестом «воронков». Еще подавая документы на журфак МГУ, серебряный медалист Александр Мильчаков указал в анкете, что его отец репрессирован. В приватном разговоре в приемной комиссии ему шепнули: негоже сыну врага народа учиться в университете. И он отправился в химико-технологический институт, хотя химию не переваривал. А тем временем поднималась новая волна репрессий. Снаряды ложились рядом, задевали «ближний круг»… Отца подруги Сашиной сестры Гали, Соломона Лозовского, возглавлявшего в войну Советское информбюро, замнаркома иностранных дел, арестовали и расстреляли в 1952-м. Воздух казался спрессованным и горьким: в Доме на набережной, да и не только в нем, многие не знали, а наступит ли завтра. Но в 1953-м не стало Сталина. Смерть вождя многим дала надежду на спасение. Мильчаковстарший вернулся в Москву в 1954-м. Реабилитирован он тоже был быстро — благодаря А. Микояну и сыну, который ходил в прокуратуру как на работу.

— Следователь был поражен Сашиным упорством. А еще его сразил один из пунктов обвинения свекра: «за особо изощренный метод вредительства в «Балейзолоте» — путем перевыполнения плана». Он изумился: «За это же награждают!» — рассказывает Нина Зверева. — Саша ответил: «Так отцу за это был вручен орден Ленина в 1933 году. А еще легковую машину ему дали, но он ее детскому дому отдал…».

24 апреля 1954 года А. И. Мильчакова реабилитировали полностью. Даже вернули орден Ленина. Но в душу Мильчакова-младшего покой не вернулся. Он не мог ни забыть того, что случилось с отцом, ни пережить этого. Мучило и то, что таких судеб было очень много…

Работая инженером, мечты о журналистике Александр Мильчаков не оставил. Отучился в Литинституте, в 1959 году опубликовал сборники «Тайна семи настилов» и «Город в профиль», и вскоре ушел в журналистику. Работал в многотиражках, «Смене», стал спецкорреспондентом газеты«Труд», где встретил любовь и будущую жену — Нину Звереву.

— Саша был таким ярким! Обожал и блестяще знал кино, умудрялся проникать даже на закрытые кинопоказы. А писал много, азартно. Кстати, историю о проникновении из Индии в столицу черной оспы, которую так часто вспоминали в минувшем году в связи с пандемией, тоже первым «раскопал» он, написал на эту тему и очерк «По следам «Вариола-вэра»», и повесть «В город пришла беда», опубликованную в журнале «Москва», — вспоминает Нина Денисовна. — Она вышла отдельной книгой в ряде разных стран, но не у нас: против издания выступили влиятельные Кукрыниксы. Оспу-то как раз и завез один из художников, и хотя Саша реальных имен в книге не называл, на скандал решили не идти и набор книги рассыпали.

В «Труде» Мильчаков в основном брался за самые острые темы, связанные с защитой простых людей, произволом бюрократов и «административки». Александру Субботину, главреду «Труда», не раз доставалось «сверху» за выступления распоясавшегося спецкора, но все факты подтверждались… А потом Мильчаков ушел на радио. На одном из эфиров он и поднял волновавшую его тему. Говорят, война не окончилась, пока не похоронен последний солдат. А ему хотелось найти все места тайных захоронений жертв политических репрессий, чтобы любой мог поклониться их праху.

— История отца и зачитанный им до дыр «Архипелаг ГУЛАГ» были для Саши «путеводными звездами», — рассказывает Нина Зверева. — Им руководила не месть за отца, он боролся с тоталитарным строем, восстановление правды считал своим нравственным долгом.

После передачи Мильчаков начал получать письма. Сначала — штучные. Потом они потекли ручейком. Потом — хлынули рекой. Долгое молчание, сдерживаемая боль, неверие… Этот гигантский нарыв вскрылся и забурлил.

Река горя

В первой статье на эту тему («Пепел казненных стучит в наши сердца») Александр Мильчаков написал о тайных погребениях на Донском кладбище столицы, но печатать статью никто не спешил. Пошла на риск «Семья» — еженедельник Советского детского фонда имени В. И. Ленина. 7 сентября 1988 года статья вышла. 5 октября вслед за ней вышла другая сенсация — «Овраг на Калитниковском». Душераздирающий рассказ свидетельницы тайных ночных захоронений взорвал столицу. Теперь Мильчаков не мог остановиться, не имел права.

— Это было в хорошем смысле безумие, — вспоминает Нина Денисовна. — После второго расследования ему позвонили ветераны автобазы «Мосметростроя»: еще были живы работавшие на базе в 1941 году, они видели, что происходило на находившемся рядом Рогожском кладбище. Саша шел по следу, как одержимый.

Благодаря усилиям Мильчакова будто рассеивался туман: имена всплывали из небытия. Выяснилось, где и при каких обстоятельствах были преданы земле Мейерхольд, Кольцов, генсек ЦК ВЛКСМ Косарев и другие исторические личности. В том же году журналист выступил в программе Владимира Молчанова «До и после полуночи» с рассказом о «Ростанной дороге».

— Эта была бомба, Володя очень помогал Саше. Это был первый в истории нашей страны честный рассказ о Бутовском захоронении, — вспоминает Нина Денисовна.

А потом в жизни Мильчакова началась «эпоха «Вечерней Москвы».

…С сотрудником «ВМ» Валентином Гординым Мильчаков был знаком с молодости. Но тут дружба вышла на новый виток.

— Саша обрел в «Вечерке» единомышленников, — рассказывает Нина Денисовна. — Валя Гордин и Нелли Горячева не просто печатали его материалы, но и писали на эти темы сами, брали у него интервью, а иногда записывали Сашины рассказы, превращая их в материалы. Новые факты, открывавшиеся в процессе его расследований, становились достоянием гласности благодаря «Вечерке», тому пониманию, которое выказала Саше редакция, включая главного редактора Александра Лисина.

Первая статья Мильчакова вышла в «Вечерке» 14 апреля 1990 года под хлестким названием «Александр Мильчаков против КГБ». Суммарно количество публикаций превысит три десятка. В том же году международная пресса назовет Мильчакова «Человеком года».

…Статьи множились, на них приходили тысячи откликов. Мильчаков требовал открыть архивы КГБ, и на страницах «Вечерней Москвы» появились первые публикации «расстрельных списков». Это была колоссальная работа, требующая гигантской воли. Так, когда при Моссовете была создана комиссия по розыску мест захоронений жертв репрессий, в которую вошел и Мильчаков, там появились и представители КГБ. Началось «верчение» на одном месте: несмотря на полученный спецдопуск к архивам, Мильчакову не удавалось добиться результатов от этого «сотрудничества», его убеждали, что документов по данной теме нет и в помине. Начался новый бой — через смелые выступления на страницах все той же «ВМ». Дуэль продолжалась: Александр Александрович вызывал на нее самое могучее ведомство страны.

— Я очень за него боялась, — вспоминает Нина Денисовна. — Это же было и выступлением против власти. Он работал сутками, и я понимала, что мы — под бдительным надзором… Но Сашу нельзя было остановить, он считал это делом чести. Знаете, он на такие поступки шел — не поверите! Например, ему сказали, что тайное захоронение было и у стен Кремля. И он нанял бульдозер и принялся там копать! Милиция так ошалела, что не сразу остановила несанкционированную копку! Сашу задержали, но не арестовали. Как — до сих пор не понимаю…

На одной из встреч в КГБ журналисту было сказано, что за публикациями в «Вечерней Москве» лично следит председатель КГБ Крючков. Обещали помочь, бросались «честным словом». Но когда под напором фактов ведомству пришлось отступить, в прессе появилась информация, что Комитет госбезопасности едва ли не сам инициировал поиск захоронений… Он бился за право знать со страстью одержимого человека. После очередной публикации в «ВМ» и письма в адрес КГБ и ЦК КПСС волшебным образом нашелся наконец секретный фонд номер 7, где в описи под номером 1 были зафиксированы имена казненных в 1930-е годы с указанием мест их захоронения. Нашлись и тома со списками расстрелянных и захороненных на Ваганьковском и Донском кладбищах.

Постепенно и в грозном ведомстве у Мильчакова установились «конструктивные» отношения. В поисках документов ему помогали сотрудники архива КГБ Олег Мозохин и Анатолий Горьков, руководитель группы по реабилитации репрессированных Москвы и Московской области полковник Н. Грашовень.

За три года с начала публикаций Мильчакова в «Вечерней Москве» впервые прозвучали имена 2000 жертв репрессий. Борьба шла за каждое имя. Еще в 1994 году на Ваганьковском кладбище при активном участии Мильчакова был установлен памятник «Жертвам политических репрессий. 1927–1937».

А тени под глазами становились все темнее. И сердце начало уставать… 29 января 2004 года Александр Мильчаков скончался. Инсульт… Он умер в том же Доме на набережной, куда его семья снова въехала после долгих «кружений» по Москве, победив черных призраков прошлого, как и хотел. Ведь свет впереди возможен только без них. Похоронен Александр Мильчаков на Новодевичьем кладбище, рядом со своим знаменитым отцом. И зря говорят, что один в поле не воин. Если изучить биографию Мильчакова, станет ясно — воин. Еще какой. И памятник жертвам политических репрессий на Ваганьковском — это памятник силе Правды, лицом которой может иногда быть и один человек.

ФАКТЫ

Александром Мильчаковым и его помощниками было найдено 11 массовых мест захоронений жертв репрессий, 10 из которых были официально подтверждены представителем «органов».

Публикации «расстрельных списков» в «ВМ» положили начало изданию «Книги памяти жертв политических репрессий». За 10 лет в нее вошли сведения о 25 292 людях. В 2004 году вышли в свет компакт-диски с информацией о судьбах 1 350 000 жертв террора в СССР.

ДОСЬЕ

Александр Александрович Мильчаков родился 16 марта 1931 года. Окончил Литературный институт им. А. М. Горького, работал в редакции ряда газет и журналов («Рационализатор и изобретатель», «Смена», «Комсомольская правда»). Долгие годы был спецкорреспондентом газеты «Труд», а затем старшим редактором в Гостелерадио СССР. Его перу принадлежит ряд книг, очерков и рассказов. По его повести «В город пришла беда» был снят двухсерийный художественный фильм на киностудии имени Довженко. Книга была переведена на несколько иностранных языков и издана в ряде стран Восточной Европы. А. А. Мильчаков ушел из жизни 29 января 2004 года.

Ольга Кузьмина
15 марта

Ушел из жизни Исаак Маркович Халатников


9 января 2021 года в возрасте 101 год ушел из жизни житель Дома на набережной, физик Исаак Маркович Халатников. В 1940-1950-х годах Исаак Халатников входил в группу ученых-теоретиков, работавших над созданием ядерного оружия. Ученый проводил совместные разработки вместе с великим физиком Львом Ландау.

Исаак Маркович Халатников

Халатников был первым директором института теоретической физики имени Ландау, проработал на этом посту почти 30 лет.

Коллектив Музея “Дом на набережной” выражает глубокие соболезнования родным и близким и навсегда запомнит Исаака Марковича веселым и жизнерадостным человеком.

Уважаемые посетители


С 13 ноября 2020 года по 21 января 2021 года Музей закрыт для посещения в соответствии с Указом Мэра Москвы “О внесении изменений в Указ Мэра Москвы от 8 июня 2020 г. № 68-УМ”.

До 13 ноября купить билет в музей можно только онлайн.
Пожалуйста, перед посещением оформите билет на сайте или попросите помощи у кассира.

При покупке необходимо указать персональные данные для каждого билета: ФИО, дату рождения, адрес электронной почты, номер мобильного телефона. Музей не собирает и не обрабатывает ваши персональные данные, они напрямую передаются билетным оператором в органы исполнительной власти города Москвы.

Также необходимо подтвердить галочками 4 пункта в окне сбора информации: возраст менее 65 лет; отсутствуют заболевания, требующие соблюдения режима самоизоляции; отсутствуют подозрения на наличие коронавирусной инфекции, а также проявления ОРВИ; отсутствуют контакты с гражданами, у которых выявлено наличие коронавирусной инфекции.

Берегите себя и своих близких.

День города Москвы


В рамках празднования Дня города Москвы в первые выходные сентября вход в Музей «Дом на Набережной» будет свободным для всех категорий граждан.

Для того, чтобы получить бесплатный билет, необходимо:

  • пройти по ссылке Билеты
  • выбрать временной промежуток и количество билетов на 5 или 6 сентября
  • нажать «Перейти к оплате», стоимость билета составит 0 рублей
  • приобретенный билет придет на почту, указанную при покупке.
    Билет необходимо показать на кассе при входе в Музей.
    Напоминаем, что посещение Музея возможно только в маске.

До встречи в Музее!

С 3 июля Музей работает по новому графику


ср, пт 10:00 — 18:30
чт 11:00 — 21:00
сб, вс 11:00 — 18:00

Музей закрыт по понедельникам, вторникам и в последнюю пятницу месяца.

Акция «Московская музейная неделя» приостановлена согласно Распоряжению № 39 Департамента культуры города Москвы от 11 июня 2020 года.

Билеты продаются только на сайте музея: dnnmuseum.ru.

На индивидуальную экскурсию можно
записаться по телефону: +7 495 959 49 36

Уважаемые посетители!


Музей возобновит работу с 3 июля.

Билеты продаются только на сайте музея.

На индивидуальную экскурсию можно записаться по телефону:

+7 495 959‑49‑36

Публикуем новые правила посещения Музея в условиях пандемии:

1. Доступ посетителей возможен по электронным билетам, которые необходимо заранее приобрести на сайте Музея, выбрав конкретную дату и время.

2. Если вы не приобрели электронный билет заранее, его можно приобрести на кассе музея только при наличии свободных мест на ближайший сеанс.

3. Льготные категории посетителей, а также посетители, имеющие право на бесплатное посещение, должны приобрести соответствующие категории билетов на сайте Музея и предъявить на кассе документ, подтверждающий льготу. 

4. Посещение Музея возможно только в маске.

5. В общественных зонах и в экспозиции на полу нанесена специальная разметка, которая помогает посетителям соблюдать дистанцию.

6. В Музее проходит регулярная дезинфекция все поверхностей. Купить средства индивидуальной защиты и обработать руки санитайзером можно в Музее.

7. Сборные экскурсии временно приостановлены. На индивидуальную экскурсию можно записаться по телефону: +7 495 959‑49‑36

8. Акция «Московская музейная неделя» приостановлена согласно Распоряжению № 39 Департамента культуры города Москвы от 11 июня 2020 года.

120 лет со дня рождения М.В. Водопьянова


Исполнилось 120 лет со дня рождения выдающегося жителя нашего дома Героя Советского Союза, генерал-майора авиации М.В. Водопьянова. Это событие было отмечено возложением цветов к мемориальной доске Михаила Васильевича, расположенной на фасаде “Дома на набережной”

Вечер «Судьбы скрещенья»


26 октября в 18.00 в Музее «Дом на набережной» пройдет вечер «Судьбы скрещенья», посвященный командарму 2-й Конной армии Филиппу Миронову.

Будущий герой гражданской войны Филипп Миронов родился в станице Усть-Медведицкой Донской области в казачьей семье. В 1914 году он добровольно вступил в армию, и по итогам Первой мировой войны был награжден 4 орденами и чином войскового старшины. Во время Гражданской войны Филипп Миронов воевал на стороне большевиков и получил множество наград. Однако судьба героя Первой мировой и Гражданской войн сложилась трагично. Активно выступавший против политики “расказачивания”, в 1921 году он был арестован по ложному доносу и расстрелян.

Об истории Филиппа Миронова, о расказачивании писатель Юрий Трифонов в 1978 году написал роман «Старик». Люди, причастные к судьбе командора проживали и в «Доме на набережной». Об этом парадоксальном сплетении судеб и биографий пойдет в речь в докладе сотрудника Государственного архива Ростовской области В. Гречко – «Судьбы скрещенья».